Суббота, 29.04.2017, 22:21
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная Регистрация Вход
ПОМОГИТЕ!


Меню сайта

Категории раздела
Новости [182]
Аналитика [493]
Документы [9]
Геноцид [39]
Карабах [104]
История [90]
Это было... [73]
Интервью [74]
ГАЛЕРЕЯ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ЛЖИ,ЛИЦЕМЕРИЯ И АГРЕССИИ [56]
АРМЕНИЯ - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! [103]

Наши баннеры


Коды баннеров

Друзья сайта




Армянский музыкальный портал



Видео трансляции
СПОРТ
СПОРТ

TV ONLINE
TV ARM ru (смотреть здесь)
TV ARM ru (перейти на сайт)
Yerkir Media
Voice of America: Armenian
Armenian-Russian Network

Радио-онлай
Онлайн радио Радио Ван


Armenia


Армянское радио Stver


Hairenik Radio

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Законы РА

Постановления НС


Ссылки
Официальный сайт Президента Армении

Правительство Республики Армения

Официальный сайт Национального Собрания РА

Официальный сайт Президента НКР

Правительство Нагорно-Карабахской Республики

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2011 » Ноябрь » 25 » Я приглашаю Армена Джигарханяна в арцахское село Мачкалашен
23:27
Я приглашаю Армена Джигарханяна в арцахское село Мачкалашен
 Писатель, публицист Зорий Балаян размышляет о некоторых весьма "странноватых” высказываниях и мыслях народного артиста СССР Армена Джигарханяна.

Тонкий, я бы сказал, аристократичный человек, талантливый кинорежиссер Юрий Ерзинкян прислал мне письмо на Камчатку. Это было в 1973 году. Письмо, увы, не сохранилось. Однако вот уже почти сорок лет я помню слог, стиль, этакую интеллигентность манеры изложения мысли человека, о котором я знал только то, что он снял популярнейший фильм "Песня первой любви”.

Юра прочитал в "Литературной газете” мой очерк о коряке, который, по законам предков, чуя смерть, решил уйти в тундру, чтобы там расстаться с жизнью. В очерке были и другие сюжеты. Вот и предложил мне режиссер подумать о сценарии для фильма. Лишь через семь лет по настоянию Ерзинкяна уже в Ереване мы взялись за эту довольно трудную работу. Достаточно сказать, что событие происходит в морозной и суровой тундре, а это значит, нужны будут собачьи и оленьи упряжки. Нужна будет сама тундра. И главный герой — коряк. По сценарию еще один из главных героев должен был быть, скажем так, европейцем. На эту роль Юра решил, как он выразился, "назначить только и только” Джигарханяна. На мой недоуменный вопрос, мол, согласится ли теплолюбивый Армен на такую "морозную” роль, режиссер, улыбаясь, ответил: "Непременно согласится”. Прочтет в сценарии слова умирающего оленевода о том, что в корякском поселке впервые в жизни северян хлеб выпекал армянин и что в языке аборигенов нет слова "хлеб”, который в честь хлебопека назвали Багратом, и не сможет отказаться.
Армен согласился. Началась долгая и действительно сложная работа. Часто встречались в Москве и Армении. Снежную тундру снимали на вершине Арагаца. Многие сцены — в зимнем Подмосковье. Я крепко подружился с Юрием. Дружили, как говорится, семьями. Полюбил и Армена, игравшего роль рецидивиста, который бежал из тюрьмы и в открытой тундре встретил коряка, который перевозил на нартах из райцентра в отдаленный поселок груз: газеты, журналы и месячную зарплату. Добавлю и то, что Армен не знал о нашей тяжбе в Москве с Главлитом (госцензурой). Режиссера обязали "ввести в структуру фильма” (терминология Главлита) факты расцвета советского Крайнего Севера. Это значит, надо было рядом с чумом поставить современные дома. Словом, нужно было привнести в тундру цивилизацию. Не спасло даже то, что главные роли исполняли сам Армен Джигарханян и оскароносец Максим Мунзук, прославившийся в фильме "Дерсу Узала”. Единственный выход я видел в том, чтобы отказаться от авторства и все тут. Надо было видеть, как страдал Ерзинкян, хватался за сердце. После распада СССР он решил из нашего двухсерийного фильма сделать односерийный, но технически не получилось избавиться от "мегаполисов” в тундре и отказа "закона предков”.
Единственное утешение было в том, что я приобрел таких замечательных друзей, как Юрий Ерзинкян, Армен Джигарханян, Максим Мунзук.
С Юрой встречались часто. Написал я пространный очерк в 1982 году к его шестидесятилетию. Кстати, в будущем году незабвенному Ерзинкяну исполнилось бы 90 лет. Тяжело и с невыносимой болью я воспринял смерть этого замечательного человека. Максима Мунзука я пригласил в Армению вместе с его внуком в 1996 году. Возил по стране. Принимали великого тувинца с почестями, называя его не Максимом, а Дерсу. С Арменом довольно часто встречался и в Ереване, и в Москве. Он пригласил меня с супругой на своего неповторимого "Сократа”. Там в театре, по-моему, Маяковского, я после спектакля скаламбурил: "Так гениально раскрыть образ гения мог только гений”, сознавая, что в мысли этой искренности было больше, чем шутки.
Вскоре началось карабахское движение. На мирные митинги и манифестации в Степанакерте и Ереване руководство Турции и Азербайджана ответило "сумгаитом”. Официальная Москва молчала уже потому, что Горбачев не только не дал политической и юридической оценки геноциду армян, но даже не выразил соболезнования родным и близким многочисленных жертв. Трудно представить, что ждало бы армян не только Арцаха, но и Армянской ССР, если бы не поддержка российской интеллигенции и многочисленных правозащитников во главе с академиком Андреем Сахаровым. Именно в те трагические дни, когда руководство СССР поставило палача и жертву на одну доску, Армен Джигарханян, презрев логику тогдашней ситуации в стране и реалии событий, вдруг прилюдно посчитал, что представители армянской интеллигенции взбаламутили народ. Об этом я узнал от Сильвы Капутикян, которая выступила на партийном собрании в Союзе писателей и предложила выступить в печати от имени группы писателей. Я не поддержал Сильву, аргументируя, что невольно растиражируем в народе (тогда информацию мы распространяли с помощью ксерокса) чудовищное высказывание Джигарханяна.
Долгие годы я не встречался с Арменом, к которому тем не менее относился с уважением, высоко почитая его огромный талант. Я почему-то был уверен, что тот поступок Армена был необдуманным, случайным. За прошедшие почти четверть века были у нас только две мимолетные встречи в Ереване и Москве, и, естественно, старое я не помянул. Он заговорил о плаваниях на "Киликии”. Я обещал послать ему с нарочным книги о плавании. И послал.
Я был уверен, что знаменитый артист наверняка покаялся сам перед собой. Ведь после его той действительно омерзительной выходки был "баку”, было завершение неслыханного вандализма в исторической Нахичеванской Джуге, где от нескольких тысяч великолепных хачкаров не осталось ни одного, был кровавый "будапешт”, было нацистское указание президента о выщипывании из азербайджанской энциклопедии всех армянских имен и упоминаний об Армении, были сотни, если не тысячи нарушений со стороны азеров границ Арцаха и Армении. Жуткий список можно продолжить, напомнив, что речь идет исключительно о государственных преступлениях. И несмотря на все это, оказывается, Армен Борисович не покаялся, мало того, не унимался.
Я и в этот раз промолчал бы, если бы не одно обстоятельство. Из его частых интервью и других выступлений в печати можно выудить постоянно повторяющуюся мысль, которая сводится к "замечательному сильному слову — "компромисс”. Создается впечатление, что Армен Борисович ратует за мир, за дружбу, за "разумный компромисс”, а вот, скажем, Сос Саркисян баламутит, вместо того чтобы "договариваться”. А упомянутый вопрос упирается не в отношения между двумя народами, а в обширную географию национальной трагедии: Арцах, Шаумянский район, Гандзак, Гардманк, Нахичеван, приграничные районы Армении.
Все дело в том, что вся эта конкретная, как истина, география на практике просто незнакома Джигарханяну. Он говорит, что "много раз бывал в Баку, на гастролях, на концертах, снимался в фильмах... Мне там было хорошо. И если меня позовут, то я не поеду, а полечу”. Ну что ж, было время, когда, может, и Сосу Саркисяну было хорошо в Баку. Когда в Карабахе проживало более девяносто процентов армян-аборигенов, когда многие руководители Азербайджана были армянами. Собственно, ассирийцам, армянам, грекам, вообще христианам в Византии тоже было хорошо до тех пор, пока число турок не перевалило за пять миллионов. (Кстати, о "синдроме Византии” сегодня с тревогой размышляют в Германии. Но это уже другая тема.) В свое время Михаил Горбачев на весь мир заявил, что в Сумгаите бесчинствовала всего лишь группа хулиганов из-за плохого экологического состояния города. Теперь вот Армен Борисович приводит сногсшибательную аналогию: "У меня здесь, в Москве, у знакомого скинхеды чуть не убили двадцатилетнего мальчика, что, нам теперь называть врагами весь русский народ!” И дабы не было взаимной ненависти у азеров и армян, Армен Борисович советует "собрать большую группу разумных, думающих, милосердных людей, не играющих в Иисуса Христа”, с тем чтобы примирить стороны. А вот Сос Арташесович не советует, он требует суда (скорее, не суда, а продолжения судебных процессов, которые были начаты еше е СССР) над организаторами геноцида армян в Сумгаите, Баку, Гардманке, в Нахичеване, ибо во всех этих регионах был совершен настоящий геноцид. Армен Борисович считает, что обе стороны всего лишь "стреляют друг в друга”, полагая, наверное, что количество жертв, скажем, в Сумгаите и Баку не "тянет” на геноцид. А между тем в Конвенции ООН "О предупреждении преступлений геноцида и наказании за него” черным по белому отмечается: "Количественная характеристика не является определяющей при определении геноцида. Геноцидом считается убийство даже нескольких представителей национальной группы, если это убийство совершено с целью уничтожения данной национальной группы как таковой”.
Мне больно слышать и читать, как комментируют, интерпретируют, иронизируют, оскорбляют, приводя высказывания талантливого от Бога человека. Учитывая, что Джигарханян ни одного дня не был в Арцахе в пору, когда решалась судьба не только Армении, но и будущее всего армянства, мне думается, надо хотя бы сейчас пригласить великого артиста (так называл его Сос Саркисян) в Арцах и показать ему места, где шли судьбоносные бои. Хочется повезти его в село Мачкалашен, что недалеко от величественного храма Амарас, возведенного в IV веке. Там недавно умерла легендарная тетушка Рая, которая на похоронах второго сына, погибшего в арцахской войне, обратилась к народу со словами о том, что она жертвует вторым своим сыном и, не дай Бог, если вновь позволим врагу осквернять наши земли и могилы. И теперь, чтобы на родной земле остались жить ее внуки, призывает охранять ее, не выпуская из рук оружия. Вместе с Кимом Бакши мы навестили тетушку Раю незадолго до ее смерти. Едва шевеля губами, мать двух погибших сыновей сказала, казалось, обращаясь ко всему миру, я уверен, и к Джигарханяну тоже: "Мои прадеды, мои деды, мои родители, я, мои дети, мои внуки родились в двух шагах от храма Амарас. Неужели сам факт нахождения здесь этого армянского храма ни о чем не говорит”. Я бы показал Армену Борисовичу могилы других мачкалашенцев. Я бы показал тридцать могил и сказал бы, что матерей было двадцать семь, ибо кроме Раи еше у двух матерей погибли по два сына. Мы бы вместе с Арменом Борисовичем посетили не только мачкалашенское кладбище, не только храм Амарас, но и поклонились бы в храме у надгробного камня первого епископа Григориса, которой был внуком первого Католикоса Всех Армян Григора Просветителя.
У меня создалось такое впечатление, что Армен за все эти, я бы сказал, ответственные годы так и не осознал всю трагичность и более чем серьезность ситуации. Иначе он не позволял бы себе озвучивать столь примитивные и просто-таки нелепые ассоциации и сравнения: "Есть вещи, которые мне не нравятся в Москве, есть, которые я не приемлю. Мне пельмени меньше нравятся, чем толма. Но не становиться же нам врагами с русскими из-за кулинарных вкусов! Повторяю, мы живем рядом с Турцией и Азербайджаном. Это данность, и заменить это невозможно.” Вот так. И никак иначе. Сказал, как отрезал. Словно поставил печать, кроме всего прочего, не задумываясь над тем, что эту самую "данность” эти самые "соседи” с подачи Турции и Сталина изменили и сегодня делают все, чтобы изменять границы и далее. Советую Армену ознакомиться с планами будущих операций турецких "Серых волков”, которые создали свои логова не только в Германии, Турции, но и уже в Азербайджане, и тогда можно будет увидеть, как будет выглядеть будущая географическая карта всего региона.

Кстати, о волках. Упомянутый выше хлебопек Баграт рассказал знаменитому камчатскому охотнику Эйхо о том, как турки вырезали всю его деревню, всю его семью. Трагедия эта описана в моей повести "Хлеб”. Приведу оттуда лишь одну фразу, озвученную корякским охотником: "Волка (а не детей, женщин и стариков — З.Б.) надо убить до того, как он встретится с оленем”. Вот так. Так, и никак иначе.

На снимке: Зорий Балаян и Армен Джигарханян на съемках фильма "Схватка”, 1982г.


Зорий Балаян

ИСТОЧНИК:www.nv.am

Категория: Это было... | Просмотров: 751 | Добавил: ANA | Рейтинг: 5.0/2
Share |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
АРМЯНСКИЙ ХЛЕБ

Календарь
«  Ноябрь 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

Поиск

АРМ.КЛАВИАТУРА

АРМ.ФИЛЬМЫ ОНЛАЙН

АРМЯНСКАЯ КУХНЯ

Читаем

Скачай книгу

ПРИГЛАШАЮ ПОСЕТИТЬ
Welcome on MerHayrenik.narod.ru: music, video, lyrics with chords, arts, history, literature, news, humor and more!






Архив записей

Copyright MyCorp © 2017 Бесплатный хостинг uCoz