Воскресенье, 28.05.2017, 19:36
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная Регистрация Вход
ПОМОГИТЕ!


Меню сайта

Категории раздела
Новости [182]
Аналитика [493]
Документы [9]
Геноцид [39]
Карабах [104]
История [90]
Это было... [73]
Интервью [74]
ГАЛЕРЕЯ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ЛЖИ,ЛИЦЕМЕРИЯ И АГРЕССИИ [56]
АРМЕНИЯ - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! [103]

Наши баннеры


Коды баннеров

Друзья сайта




Армянский музыкальный портал



Видео трансляции
СПОРТ
СПОРТ

TV ONLINE
TV ARM ru (смотреть здесь)
TV ARM ru (перейти на сайт)
Yerkir Media
Voice of America: Armenian
Armenian-Russian Network

Радио-онлай
Онлайн радио Радио Ван


Armenia


Армянское радио Stver


Hairenik Radio

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Законы РА

Постановления НС


Ссылки
Официальный сайт Президента Армении

Правительство Республики Армения

Официальный сайт Национального Собрания РА

Официальный сайт Президента НКР

Правительство Нагорно-Карабахской Республики

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2011 » Август » 13 » КРАТКИЙ ОБЗОР ПРОИСХОЖДЕНИЯ, ИНСТИТУТОВ И ТРАДИЦИЙ КАРАБАХСКИХ МЕЛИКСТВ
00:38
КРАТКИЙ ОБЗОР ПРОИСХОЖДЕНИЯ, ИНСТИТУТОВ И ТРАДИЦИЙ КАРАБАХСКИХ МЕЛИКСТВ
 Мнение, высказанное в данной статье, не всегда отражает официальную позицию
Союза Армянских Дворян и является частной точкой зрения автора статьи.


История армянских княжеств Арцаха (Карабаха, Малого Сюника, Хачена[1]), более известных под названием меликств[2], чрезвычайно богата и вполне могла бы сравниться с историей дворянства любого другого европейского государства. При подобном богатстве, об истории арцахских княжеств проведено довольно незначительное количество исторических исследований и практически нет художественных произведений. Причин тому много - начиная с того, что сложная история края, вынужденного постоянно защищать свою независимость, почти не оставляла времени для занятия историографией, кончая жесточашим духовным террором времен коммунизма, когда московская цензура и бакинская шовинистическая пропаганда, усиленно сочиняющая "историю Азербайджана", табуировали любое упоминание армянских меликств, да и вообще армянских корней и традиций Арцаха. Данная статья является вводной и представляет собой лишь краткий обзор армянского дворянства Арцаха, его происхождения, традиций, состава, институтов, основ права и отдельных эпизодов истории. По причине объемности материала, даже эти выделенные темы будут освещены лишь в наиболее общем виде, с указанием ключевых аспектов традиций армянской аристократии Арцаха и ее современного состояния. Следует также особо подчеркнуть, что хотя информация, отраженная в данной работе, основана на ряде источников и исследований, все же в качестве основного источника использована работа Раффи "Меликства Хамсы".

Происхождение

Исторические хроники Хоренаци, Каланкатуаци, Гандзакеци и других армянских историков свидетельствуют о глубокой древности происхождения и родовых корней армянских княжеств Арцаха. Согласно этим источникам, первыми правителем Арцаха и северо-восточного междуречья Аракса и Куры был Арран из рода Сисака, который в свою очередь был отпрыском Айка Наапета. Каланкатуаци в частности пишет, что армянски царь Валаршак (Вагаршак) "назначил им вождей и правителей, во главе которых по приказу Валаршака был поставлен некто из рода Сисака... по имени Арран... Многие храбрые и знатные из потомков этого Аррана, говорят, были назначены Валаршаком Партевом наместниками и тысячниками. От его [Аррана] сына, произошли племена Утийского, Гардманского, Цавдейского, Гаргарского княжеств."[3] Таким образом, армянские дворянские роды Арцаха являются прямыми потомками Айка, патриарха армян, и его отпрыска Аррана.
Аристократический род Арран-тун со временем окреп, разросся и дал ряд ответвлений, положив начало множеству местных княжеских домов. В следствие географической удаленности от центра Армении, а также приграничного расположения, его правители стали обладать правами и полномочиями, сравнимыми с бдешхами (т.е. вице-королями) Армении. В дальнейшем представители рода Арран взошли на престол Алуанка[4], вассала Великой Армении, а в средние века дали начало Арраншахикам-Михранянам, правителям прикуринской низменности.
В дальнейшем наступают периоды арабского и персидского завоеваний, позже чередуемые монголо-таратскими набегами. Однако следует отметить, что собственно завоевания как такового - в смысле постоянного присутствия на территории Арцаха окупационных армий - не было. Были опустошительные походы иноземных армий, набеги диких кочевников, заезды сборщиков дани, но Арцах всегда оставался армянонаселенным и во власти местных армянских правителей-князей, потомков тех же родов, которые вели свою родословную от Аррана, отпрыска Айка. Независимо от меняющейся политической палитры в регионе, эти князья оставались полноправными правителями своих земель, на которых они были верховной властью для местного армянского населения.
Будучи неотъемлимой частью аристократии Великой Армении, княжества Арцаха привносили свою лепту в управление и защиту армянского государства. Закономерно, что арцахские княжества упоминались в армянских гахнамаках и зоранамаках - придворных дворянских и воинских грамотах, перечислявших значимость родов и количество предоставляемых ими воинских сил. Широко известен факт участия знаменитой арцахской конницы в военных кампаниях армянских царей. Даже в те периоды, когда Великая Армения попадала в зависимость от правителей Ирана и была обязана предоставлять воинские силы для военных кампаний персидского государства, конница и пешее войско арцахских княжеств участвовало в этих кампаниях именно как составная часть армянского воинского контингента. С другой стороны, при всем единстве с остальной частью армянской аристократии, арцахские княжества развивались довольно самобытно, что объясняется географической удаленностью от центра Армении, а также геополитическими и историческими особеностями края. С постепенной потерей независимости остальной частью исторической Армении, княжества Арцаха фактически остались единственными носителями элементов армянской государственности, что добавило самобытности в местные формы и традиции правления.
В средние века Арцах оказался в составе Персии. К 17-18 векам относится возвышение армянских меликств Арцаха и создание военно-политического союза Хамсы[5] - Пятикняжества Арцаха. Вопросы истории этого периода будут освещены подробнее по ходу статьи. Здесь стоит лишь отметить, что будучи составной частью и наследником армянского дворянства, арцахское меликство продолжило и обогатило аристократические традиции армянских князей, создав ряд жизнеспособных институтов, сильную армию, эффективное судопроизводство и тем самым защитив традиции и устои, и само существование арцахского армянства.

Состав

Княжеские роды Арцаха условно можно разделить на "первое" и "второе" поколение. Это разделение очень условное и призвано лишь помочь читателю разобраться в хронологии правления родов, потому что во всех других отношениях мелики имели одинаковые права, независимо от древности их наследственного правления.
К первому поколению относятся пять меликств Хамсы, а также княжеский род Цава - Допяны - формально не входивший в Пятикняжество Хамсы, но правивший в области Карвачара (верхнее течение реки Тартар). Традиционно меликский род Хасан-Джалалянов, князей Хачена, считался наиболее древним и влиятельным родом среди меликств Хамсы. Именно из рода Хасан-Джалалянов назначались католикосы Алванка (позже - митрополиты Гандзасара), и именно на территории Хачена собирался меликскиий совет. Старшинство Хасан-Джалалянов признавалось другими княжескими родами Арцаха; влияние этого рода было настолько велико и общепризнанно, что иногда Хасан-Джалалянов даже величали царями Арцаха. Раффи утверждает, что из всех армянских меликских родов Хамсы, только Хасан-Джалаляны являются коренными арцахцами, а остальные меликиские роды пришлые[6]. Однако историками доказано, что не только Хасан-Джалаляны, но и остальные меликские кланы Арцаха являются аборигенными. В частности, Б. Улубабян доказал, что меликские дома Арцаха произошли от трех ветвей княжеских домов области - Хасан-Джалалянов из Нижнего Хачена, Вахтангянов из Центрального Хачена, или Атерка, и Допянов из Верхнего Хачена, или Цара. А все эти три ветви берут свое начало от армянского нахарарского дома Арраншахиков, потомков уже упомянутого Аррана[7]. Вероятнее всего, Раффи ввел в заблуждение тот факт, что род Хасан-Джалалянов пользовался особым почетом среди арцахских меликств. Однако это обстоятельство, вероятнее всего, можно объяснить не столько исключительной древностью рода, сколько центральным расположением владений Хасан-Джалалянов; их наследственное меликство Хачена находилось в самом сердце Арцаха, в связи с чем, в известной степени, доминировало над остальными армянскими княжествами края.
Кроме Хасан-Джалалянов, к "первому" поколению меликств относятся также роды Мелик-Бегларянов (князей Гюлистана), Мелик-Исраелянов (князей Джраберда), Мелик-Аванянов[8] (князей Дизака) и Мелик-Шахназарянов (князей Варанды), а также уже упомянутых Допянов (князей Цава-Карвачара). Как уже говорилось, все эти роды имели общие корни и происхождение. Кроме того, среди Арцахских дворян были приняты династические браки, при которых князья старались женить или выдавать замуж своих отпрысков за потомков других княжеских родов Арцаха. Таким образом, многие арцахские мелики "первого" поколения так или иначе приходились родственниками друг другу. Об этом же свидетельствует Раффи: "Мелики были связаны друг с другом как политическими интересами, так и родственными отношениями, и, таким образом, все пять княжеств Хамсы вместе составляли единый целостный союз"[9].
Ко второму поколению принадлежат меликские роды, которые по разным причинам пришли на смену изначальным меликам. Среди причин могли быть прекращение меликского рода, переселение рода в другой край, или же создание нового меликства специально для того, чтобы подорвать силу уже существующего меликства[10]. Примерами последних, согласно Раффи, были вновь созданные меликства Мелик-Мирзаханянов (для того, чтобы ослабить хаченских Хасан-Джалалянов) или Мелик-Алахвердянов (созданных для ослабления джрабердских Мелик-Исраелянов). Ко второму поколению арцахских меликов также принадлежит княжеский род Атабекянов, который занял пустующее место Джрабердских меликов[11]. Однако по примеру Атабекянов также видно, что само деление арцахско-армянской аристократии на "первое" и "второе" поколение является весьма условным. Дело в том, что хотя Атабекяны были формально возведены в меликское достоинство в 1814-ом году[12], по свидетельству Раффи, "Атабекяны вели свое происхождение от старинного дворянского рода"[13]. Из истории также известно, что Атабекяны состояли в родственных отношениях (возможно, были потомками) армянских княжеских родов Закарянов, Арцруни-Махканабердских и Хасан-Джалалянов. Само название рода происходит от титула "атабек"[14], который в период объединенного грузинско-армянского царства присваивался наиболее влиятельным аристократам при царском дворе и переходил по наследству.
Независимо от причин создания меликств "второго" поколения, они считались полноправными князьями и признавались как другими меликскими родами, так и историками, писавшими об их деятельности. Более того, даже если вышеупомянутые меликства создавались с целью, чтобы нанести вред усилению антиханской коалиции армянских князей, со временем эти вновь созданные меликства также начинали выступать против ханов и защищали интересы армянского населения.

Титулы и наследование

На протяжении веков армянская аристократия Арцаха выработала свои дворянские титулы и институты. Высшим титулом арцахского дворянства был титул мелика, соответствующий исконно армянскому титулу ishxan (князь). Слово "мелик" пришло в Арцах из Месопотамии, где оно означало "царь", "владыка". Уже сам этот титул указывает на статус меликов на своей территории. В действительности, хотя мелики считались подданными персидских правителей, на своей территории они были полновластными владыками. Права меликов могут быть сопоставимы с полномочиями древнеармянских князей, хотя некоторые их права скорее походили на полномочия бдешхов - полузависимых правителей приграничных армянских провинций[15]. Остается добавить, что хотя в Арцахе князья повсеместно назывались месопотамским титулом "мелик", собственно армянское название князя не исчезло и также использовалось, преимущественно в надписях (например, надгробных) и хронологиях.
Раффи пишет, что "власть меликов была наследственной: после смерти отца бразды правления и титул "мелик" переходили к старшему сыну, а другие братья назывались беками... Мелики обладали неограниченной властью над своими подданными, они имели право судить, наказывать и даже приговаривать к смерти"[16]. Если титул мелика ставился перед именем (например, мелик Абов), то титул бека ставился после имени или даже был частью имени (например, Саргис-бек, Аван-бек, Атабек). Само слово "бек" имеет тюркско-иранское происхождение и означает "дворянин", "владыка". Другим дворянским титулом после мелика и бека, был титул юзбаши. По свидетельству Раффи, "предки всех меликов Карабаха носили титул "юзбаши". Этот титул обычно присваивался тем, кто был владетелем собственного края и имел право содержать войско"[17]. Русский военный историк немецкого происхождения генерал-лейтенант Василий Потто также подтверждает, что ранее "звание юзбаши носили многие лица и высшего сословия", и что этот титул переходит по наследству[18]. Иногда меликам присваивались также особые титулы. Так, в 1736 году Надир шах, правитель Персии, пожаловал дизакскому мелику Егану (Авану) титул хана, после чего тот стал называться мелик Аван-хан. В результате, мелик Дизака на некоторое время был признан главой пяти княжеств Арцаха[19].
В арцахских меликствах вопросы наследования решались в соответствии с древней армянской традицией. После смерти отца-правителя, и при отсутствии особых на то оговорок, сделанных самим прежним меликом, право меликского правления автоматически переходило к старшему сыну мелика от законного брака. Последнее особо важный аспект, поскольку среди части аристократии - как в Армении, так и в других странах - было нормой иметь наложниц. Раффи также упоминает, что "многоженство было в обычае у меликов Карабаха"[20]. Соответственно, мелики могли иметь множество отпрысков мужского пола от разных женщин. Но, как уже было сказано, меликская традиция признавала право наследования исключительно за законнорожденными сыновьями по старшинству.
Иногда бывали ситуации, когда после кончины князя-отца, оставался несоврешеннолетний сын, который не мог принять всю полноту княжеской власти. В таком случае, бразды правления временно переходили к ближайшему старшему родственнику скончавшегося мелика по мужской линии. Так по свидетельству Раффи, в 1728 году, когда скончался гюлистанский мелик Абов II, "согласно обычаю меликов, ему должен был наследовать сын - мелик Овсеп. Но поскольку мелик Овсеп был еще неопытным юношей, правление страной было поручено брату покойного Тамразу, и юный Овсеп должен был находиться под его опекой до совершеннолетия"[21]. Иногда, как и в упомянутом случае, временные опекуны пытались воспользоваться случаем и присвоить меликскую власть. Это приводило в недовольству других меликских родов Арцаха и даже могло послужить поводом для междоусобицы.
Номосы, фирманы и прочие грамоты, подтверждавшие их наследственные права на владение арцахскими княжествами, мелики получали непосредственно от иранских царей и шахов. Однако надо помнить, что на самом деле эти шахские грамоты лишь де-юре закрепляли уже существующие де-факто исконные наследственные права арцахских меликов[22]. Например, согласно фирману-грамоте Надир шаха, персидская монархия всецело подтверждала наследственные права меликов и предоставляла право каждому суверенно править своим княжеством; мелики лишь раз в год должны были выплачивать шаху дань. Как пишет Раффи, "мелики подчинялись лишь шаху, обладали абсолютными правами на самоуправление, в качестве вали (феодальных князей) могли жить мирно и безопасно и еще более укреплять свои силы"[23]. То, насколько высок был статус некоторых армянских меликов при правящем дворе Персии указывают отдельные фрагменты истории. Так, в 1795 году один из арцахских меликов - Меджлум - получил от шаха три привилегии: право беспрепятственно входить к нему в любое время, любое его желание должно было выполняться, и неограниченное право пользоваться шахской сокровищницей. И хотя эти привилегии были исключением и свидетельством особого предрасположения правителя Персии к харизматическому мелику Меджлуму, сам по себе этот факт все же является свидетельством в целом высокого статуса армянских князей при персидском шахском дворе.
Здесь особо следует оговорить взаимоотношения армянских князей Арцаха и шушинских ханов. Шушинские ханы были представителями пришлых кочевых тюркских племен. Причем любопытно то, что принадлежали они к сарыджаллы,- кочевому племени из группы джеванширцев, которое даже среди своих джеванширских племен считалось низкого происхождения, и занималось одновременно выпасом скота и разбоем[24]. Шушинские ханы, первым из которых был главарь разбойников по имени Панах, обосновались в древней армянской крепости Шоши (позже - Шуши), принадлежавшей князьям Варанды, в следствие предательства одного из варандинских князей - мелика Шахназара. Своей земли шушинский хан не имел, и, как пишет Раффи, "не был владетелем или князем страны, он был временным правителем, одним из тех, кого персидское правительство непрерывно сменяло". По своим функциям шушинские ханы были своего рода губернаторами, действовавшими от имени персидских шахов. Они не имели право вмешиваться в земельные вопросы, в судопроизводство, в вопросы наследования и другие суверенные права меликов. Их решения не имели никакой силы для арцахских меликств, поскольку население всего края подчинялось непосредственно армянским меликам, а последние напрямую подчинялись персидскому шаху. Характерно также то, что, как уже говорилось, персидские ханы именно за армянскими меликами признавали законные наследственные права на владение своими княжествами.


Имения и владения

Хотя данные историков разных эпох об исторических границах Арцаха противоречивы, достоверно известно, что административные границы этой армянской провинции со временем менялись. К периоду Пятикняжества Хамсы под Арцахом или Карабахом подразумевалась территория, простиравшаяся от границ Гандзака[25] на севере до левого берега реки Аракс (Ерасх) на юге. Таким образом, в 18-ом веке Арцах-Карабах занимал северо-восточные предгорья Малого Кавказа и по территории был значительно больше нынешней территории Нагорно-Карабахской Республики. При этом, по свидетельству Раффи и других историков, вся эта провинция была населена исключительно армянами, вплоть до появления здесь тюркских кочевников-скотоводов в середине 18-го века.
Все это пространство Арцаха-Карабаха было разделено между пятью меликствами на приблизительно равные княжества. В своей книге "Меликства Хамсы" Раффи следующим образом описывает географические границы меликств Арцаха:

1. Гюлистан (или Талыш), простирающийся от реки Курак, то есть от границ Гандзака, до реки Тартар.
2. Джраберд (или Чараберд), простирающийся от реки Тартар до реки Хаченагет.
3. Хачен, простирающийся от Хаченагета до реки Каркар (Баллу).
4. Варанда, простирающийся от Каркара до гор Дизапайта.
5. Дизак (или Дузах), простирающийся от южных склонов горы Большой Кирс до реки Ерасх (Аракс).

На своей территории все мелики имели основные и временные резиденции, родовые усыпальницы, крепости-схнахи и другую собственность. Резиденция чаще всего состояла из ряда строений, среди которых выделялся меликский дворец, называемый дарпаснер (darpasner). Само название дарпаснер дословно переводится как "врата". Вероятнее всего, это название указывает не столько на сами врата, сколько на некий двор, наподобие княжеского двора в древней Армении. Судя по описаниям, некоторые меликские дворцы действительно немногим уступали царским. Так, князь Атам Мелик-Исраелян восстановил дворцовые постройки в местечке Кахакатехи или Майракахак[26], недалеко от Джрабердской крепости, и превратил их в свою резиденцию. Наряду с основной резиденцией, мелики чаще всего имели ряд дополнительных резиденций, летних или зимних. Обычно летние резиденции находились выше, в горах, вблизи рек, водоемов, прохладных родников, где было легче переносить летний зной. Зимние резиденции, наоборот, находились в долинах и низменностях, где климат зимой не был так суров, как в горах.
Мелики активно занимались строительством общественных строений: постоялых дворов, церквей, часовней, притворов, мостов и т.п. Каждый меликский род имел свои крепости, которые назывались схнахами (sghnax)[27]. Развалины этих крепостей сохранились до наших дней. Ниже приводятся названия меликств Арцаха, с принадлежавишими им крепостями:

1. Мелик-Бегларяны, князья Гюлистана, владели крепостями Гюлистан и Талиш[28],
2. Мелик-Исраеляны, князья Джраберда, владели крепостью Джраберд[29], возвышающемся на скалистом полуострове в месте слияния рек Тартар и Трхи,
3. Хасан-Джалаляны, князья Хачена, владели крепостями Хоханаберд (Тарханаберд) и Качахакаберд,
4. Мелик-Шахназаряны, князья Варанды, владели крепостями Аветараноц (Чанахчи) и Караглух (Шоши-Шуши),
5. Мелик-Аваняны (или Мелик-Еганяны), князья Дизака, владели крепостью Гтич (Гороз), находящейся между селами Тох и Туми.

У каждого меликского рода была своя родовая усыпальница, которая обычно находилась в родовой крепости либо пососедству с какой-либо церковью, чаще всего построенной предками этого рода. Так, родовое кладбище Хасан-Джалалянов находилось в Гандзасарском монастыре, где была резиденция католикосов Алванских, наследственно занимаемых представителями этого рода. Родовая усыпальница варандинских князей Мелик-Аванянов находилась в притворе церкви в крепости Тох; сама церковь была построена одним из предков этого дворянского рода. Усыпальница Мелик-Бегларянов находилась возле монастыря Орек, Мелик-Шахназарянов - в Аветараноце, а Мелик-Алахвердянов - в Гюлатахе.

Общественные отношения

Знакомясь с явлением меликств, невольно удивляешься насколько они гармонично вписывались в арцахское общество. С самого начала власть меликов-князей не была навязана силой крестьянству Арцаха. Мелики скорее были общепризнанными политическими, военными и духовными лидерами на определенной территории, своего рода вождями местного крестьянства. Именно поэтому Арцах никогда не знал крестьянских выступлений и восстаний против своих князей. Первой и ключевой причиной тому являлось отношение и князей и крестьянства к личной свободе.
Армянский народ никогда не знал рабства или его разновидностей, например, крепостного права. Действительно, Араратское (Урартское) царство было рабовладельческим государством; значительные массы рабов были заняты на строительстве и в сельском хозяйстве. Однако эти рабы были практически все военнопленными иностранцами, захваченными во время завоевательных походов Араратских царей или же, что было чаще всего, в результате неудачных военных кампаний чужеземных захватчиков. В течение всей своей пятитысячелетней истории, армянин никогда не был рабом на своей земле. Да это было бы невозможным, поскольку, будучи потомками древнеарийского воинства, армянство не потеряло ни воинственный дух своих далеких предков, ни острое ощущение самоценности свободы.
Эти же обстоятельства формировали взаимотоношения арцахских меликов и крестьянства. В то время, как в значительной части европейских стран крестьяне находились в феодальной зависимости, были прикреплены к земле, лишены прав и считались собственностью феодала, в Армении, в том числе и в Арцахе, крестьянство было полностью свободным, имело право собственности на землю, могло покупать и продавать землю, и имело полную свободу передвижения[30]. В этой связи, сравнивая статус крестьянства в Арцахе и остальной Армении с другими странами, Раффи пишет, что только после вхождения в состав России в 1813 году армянское крестьянство впервые за всю свою многовековую историю столкнулось с крепостничеством. Разумеется, для традиционно свободных армянских крестьян царящее в России крепостничество, при котором крестьянин был лишен многих естественных прав и мог быть обменян своим помещиком на другого крестьянина или даже на животных, казалось ужасной дикостью.
Отношения меликов с пришлыми кочевыми тюрками-скотоводами строились по несколько иному принципу. В то время, как армянские крестьяне, будучи коренными жителями Арцаха, имело в собственности землю и полноправно распоряжалось ею, заезжие кочевники (в основном тюрки и курды) не имели никакой собственности на территории Арцаха и могли пользоваться пастбищами для своих стад лишь временно и исключительно с разрешения армянских князей. При этом они обязаны были платить десятину со своих баранов за право пасти свой скот на меликских пастбищах[31]. В отличие от армян, кочевники не имели право поселяться на территории Арцаха и с окончанием летнего сезона обязаны были покинуть пределы меликств.


Меликское право и судопроизводство

Историки позднесредневекового Арцаха упоминают "меликское право", "меликские обычаи", "меликскую традицию". Все эти понятия обозначали один и тот же неписанный закон, состоявший из свода юридических и моральных правил поведения арцахского армянства, который сохранился почти в неизменном виде с древнейших времен. Иными словами, меликское право представляло собой сложную систему судопроизводства, основанную на старинных армянских общепринятых принципах морали, чести, справедливости и на древней традиции.
Судопроизводство было одной из традиционных прерогатив арцахских меликов. На своей территории мелик был верховным судьей. Его решения основывались на упомянутом меликском праве и были обязательны для исполнения. Мелики сами непосредственно вершили суд над своими подданными, либо над чужеземцами, совершившими преступление на их земле. Более того, зачастую мелики сами проводили расследование уголовных дел и для этого могли отправляться в селение или местность, где и было совершено преступление. Как люди благородного происхождения, мелики дорожили своим именем. По всей видимости, коррупция не была распространена, поскольку, будучи в достатке, мелики не могли ожидать каких-либо особо ценных подношений от простых крестян. Кроме того, в традиционном и архаичном сельском обществе, где слухи распространялись быстро, мелики делали все возможное, чтобы крестьяне видели в них справедливых и мудрых правителей. Однако неменее важно было постоянно демонстрировать своим подданным и суровость меликского суда, а потому когда дело доходило до наказания, мелики не отличались особым милосердием. Так, описывая меликское право, Раффи ссылается на некую рукописную историю, которая следующим образом характеризует судопроизводство одного из князей рода Мелик-Аванян: "Без сребролюбия и взяточничества творил он свой суд: приговоренных к смерти он казнил без жалости - многих вешал вдоль дорог или предавал в руки своих слуг, которые убивали их на глазах общества и разбойников, дабы никто более не осмелился совершать подобное злодеяние"[32].
Разумеется, меликское право распространялось и на самих меликов. В случае нарушения норм традиционного права и фундаментальных принципов морали каким-либо меликом, остальные мелики объединялись против него и карали его со всей строгостью неписанного меликского закона. Например, когда мелик Шахназар убил своего правящего брата мелика Овсепа и таким образом незаконно захватил власть в княжестве Варанда, другие мелики - Хаченский, Джрабердский, Гюлистанский и Дизакский - объединились против него дабы привлечь его к ответственности. Собрав свои войска, они организовали карательный поход против него и осадили его крепость Аветараноц. Хотя захватить крепость и покарать самого Шахназара не удалось, но в наказание последнему меликская коалиция разграбила большую часть сел Варанды, тем самым нанеся значительный урон имуществу Шахназара. В другом случае, некто предатель из армянских меликов - Алахкули-бек - который в свое время предал меликов Арцаха, состоявших в тайной переписке с русским правительством, покрытый бесчестием, скитался по Грузии. Меликский закон был применен к нему со всей строгостью; мелики его схватили, обезглавили, а тело скрыли. У всех народов с чувством национального достоинства предательство национальных интересов всегда жестоко каралось.


Меликский совет

Следует помнит, что Хамса представляла собой военно-политический союз арцахских меликств. Одним из институтов этого союза был совет меликов, который собирался в случае необходимости обсудить наиболее важные вопросы внутренней и внешней политики, касающиеся всех меликств. Иными словами, наряду с защитой интересов своих меликств, у арцахской аристократии было и ясное осознание общности интересов и политических приоритетов всего армянского края.
Совет Хамсы традиционно собирался в Гандзасаре. Председательствовал во время совета католикос Арцаха, который в данном случае преставлял и старший род Хасан-Джалалянов, и высшую духовную власть Арцаха. Присутствие глав всех меликских родов было обязательным для принятия решений. Даже в случае вражды между отдельными меликскими домами, их представители обычно присутствовали на совете и совместно решали общие для Арцаха вопросы. В случае, когда глава какого-то меликского рода по каким-то прчинам не мог присутствовать на меликском совете, он посылал полномочного представителя, который представлял интересы его меликства.
Иногда мелики созывали тайный совет. Чаще всего, подобные советы созывались для обсуждения стратегических внешнеполитических вопросов, секретных переговоров с другими государствами и т.п.. В условиях сложной геополитической ситуации, которая всегда царила на Кавказе, мелики вели активную переписку с официальными представителями, а зачастую и с главами иностранных государств. Так, род Мелик-Аванянов состоял в переписке с царем Петром I, императрицами Анной Ивановной и Елизаветой Петровной, а также с персидскими шахами и европейскими дворами. В свою очередь, Екатерина I через князя Потемкина вела переписку с арцахскими меликами. В своей докладной записке от 19 мая 1783 года Потемкин предлагал ей воссоздать в регионе армянское христианское государство, во главе которого стояли бы мелики. Все это свидетельствует и о всеобщем признании высокого дворянского статуса армянских князей Арцаха, и о международном признании военно-политического союза меликств Хамсы.


Воинство

С древнейших времен, одним из атрибутов политической самостоятельности феодалов было наличие собственных воинских формирований. Арцахские князья имели свои войска. Для того, чтобы представить размеры меликских войск Арцаха, следует упомянуть один любопытный факт. Еще в 18-ом веке армянский дипломат князь Ори во время своих переговоров с царем России Петром I заявил, что князья Арцаха могут выставить 60 тысяч воинов для спасения своей Родины[33]. По своему численному составу эта армия сравнима с современной армией Республики Армения. Общая военная мощь арцахских меликов была настолько внушительной, что во время вышеупомянутых переговоров князь Ори дал понять Петру I, что в действительности "армяне нуждаются лишь в его милосердии, а войско у них имеется"[34]. Иными словами, армянам была нужна лишь политическая поддержка России, а освободить свою страну они вполне могли и сами. Эти слова были фактически подкреплены в 1722 году, когда армянский сюникский князь Давид-Бек собрал в Арцахе 60-тысячное войско для ведения военной кампании против османов[35]. Отсюда становится ясно, что в среднем, каждый отдельно взятый армянский князь Арцаха имел около 10 тысяч воинов в своем непосредственном распоряжении, хотя, по всей видимости, эта цифра указывает на мобилизационные возможности князей, и в мирное время под ружьем постоянно могли находиться несколько тысяч воинов.
Меликская армия состояла как из профессиональных военных, так и из крестьян. Раффи сообщает, что Дизакский князь Есаи был первым, кто осознал "необходимость регулярного войска и всеобщей мобилизации для обеспечения безопасности страны: он приказал штрафовать крестьян, если обнаруживалась нехватка оружия или оно содержалось не в безупречном состоянии. В определенные дни, после заврешения полевых работ, молодые селяне занимались военной подготовкой: их обучали десятники, полусотники и сотники"[36].
Из вышеприведенной цитаты Раффи видно, что командный состав меликских войск Арцаха состоял из сотников, полусотников и десятников. Во главе войска стоял сам мелик. В связи с этим следует помнить, что меликства изначально были военными кланами и практически все так или иначе утвердили свое господство благодаря успешно проведенным военным кампаниям. А потому в данном случае титул "мелик" воспринимался всеми не только как "князь", но и как "воевода". Личное мужество и воинские доблести по-прежнему считались нормой жизни и поведения меликов. Так, по свидетельству Раффи, на могиле мелика Есаи, находящейся в родовой усыпальнице Мелик-Аванянов, имется следующая надпись: "Это могила храброго князья (по-армянски "ишхана" - ВА ), великого мелика Есаи. Он был назначен князем Надир-шахом. Тридцать три года правил он Дизакской страной и совершил много подвигов, одержал много побед над неверными. Он был смелее и благороднее своих предков. Жил он шестьдесят и шесть лет, скончался в лето 1230 (т.е. 1781 по григорианскому летоисчислению - ВА)."[37]
Сотники[38], которые фактически были высшим командным чином после самого мелика, в основном состояли из представителей того же меликского рода или другой дворянской фамилии. Они участвовали во всех военных советах наряду с меликами.
Раффи четко указывает, что арцахское воинство состояло "из армянской пехоты и конницы"[39]. Но основу меликского войска составляла именно конница. Знаменитая арцахская конница считалась одной из грозных военных сил, известных еще со времен древнего мира. Развитию конного войска способствовало также и то обстоятельство, что именно в Арцахе с древнейших времен разводили знаменитую породу лошадей, известную как арцахская (или карабахская). Карабахская порода была очень похожа на арабскую породу лошадей по своим физическим показателям и внешнему виду, и отличалась песочно-золотистым цветом. Именно на этих грациозных скакунах, армянская арцахская конница принимала участие во многих решающих сражениях, зачастую далеко от Родины[40].
Как уже говорилось, каждый арцахский князь имел свои крепости, называемые схнахами. Выше приводился список этих крепостей-схнахов. Кроме них в Арцахе было множество других крепостей и укреплений. Схнахи отличались от остальных крепостей двумя взаимосвязанными особенностями. Во-первых, они считались военными резиденциями меликских родов, и в случае военных действий именно из схнаха мелики руководили своими войсками. Во-вторых, схнахи играли также роль основного военного лагеря, где в мирное время проводились учения, а с началом войны мужское боеспособное население было обязано с оружием явиться туда как на место сбора. Там же зачастую укрывалось и мирное население - старики, женщины и дети. В случае масштабности войны и коалиционной кампании меликов, один из схнахов считался главным. Таковой чаще всего становилась крепость Караглух или Шоши (позже - Шуши), расположенная в центре Арцаха. Так, во время военных кампаний в начале 18-го века, в Шушинской крепости располагался штаб и основные силы арцахских армян во главе с сотником Аваном[41].
Без преувеличения можно сказать, что свобода арцахцев и наследственные права армянских князей зиждились именно на меликской воинской силе. Не будь этой объединенной меликской армии, армянство Арцаха постигла бы та же печальная судьба армянского народа, лишенного своих законных прав на земле своих предков. Арцахская меликская армия была грозной силой, с которой считались все страны региона. При этом, довольно часто она успешно выполняла боевые задачи за пределами самого Арцаха. Например, когда в конце 17-го века армия грузинского царя Теймураза, проходя через Гардман, грабила все встречавшиеся на пути деревни, армянское коалиционное меликское войско прегородило им путь в местности Шейх-Низами и дало сражение. Грузинская армия была разбита наголову и, бросив все разграбленное, бежала. Армянское войско преследовало их до самой Грузии[42].


Последние страницы истории

Исторические судьбы арцахских княжеств схожи, и одновременно отличны друг от друга. Как уже говорилось, в силу географической обособленности, княжество Цава-Карвачара, возглавляемое меликским родом Допянов, развивалось обособленно от остальных княжеских домов. Именно Цавско-Карвачарское княжество первым исчезло с политической карты региона. Оторванность и труднодоступность этого княжества, а также тяжелые условия жизни привели к значительному оттоку армянского насаления верхнего бассейна реки Тартар. Места тысячелетнего постоянного проживания армян заняли курдские и тюркские кочевые племена.
Что касается пяти княжеств Хамсы, то благодаря своему дальновидному военно-политическому союзу, меликства Гюлистана, Джраберда, Хачена, Варанды и Дизака продержались два века - 17-ый и 18-ый. В течение всего этого периода пришлые шушинские ханы пытались привнести раздоры, междусобицу и всячески расшатывали арцахские меликства. В значительной степени им это удалось: предательство варандинского князя Шахназара II Мелик-Шахназаряна нанесло непоправимый ущерб как остальным князям края, так и интересам арцахского армянства. Однако, несмотря на эти трудности, меликства Арцаха продержались вплоть до 18-го века.
Но судьба уготовила меликствам Арцаха удары более тяжелые, чем даже козни тюркских кочевников. Первый удар пришелся с аннексией Арцаха Российской Империей. Еще с 17-го века армянство Арцаха, движимое в первую очередь религиозными сентиментами, оказывало всяческое содействие водворению российского владычества на Кавказе. Содействие это заключалось в самоотверженной борьбе за интересы России на Кавказе, в ходе которой армяне оказывали русским войскам не только материальную и моральную помощь, но также активно участвовали в военных действиях на стороне России. Армяне были пожалуй единственным народом на Кавказе, которые всецело поддерживал русских и ни разу не воевал против них. Более того, можно перечислись множество случаев, когда именно благодаря армянским меликам и их отрядам русские чудом избегали поражений, каждая из которых могла иметь катастрофические последствия для Российских интересов на Кавказе.
В начале 19-го века вековая мечта армянства наконец-то свершилась: Арцах и остальная часть восточной Армении оказались в составе Российской Империи. Но по странному стечению обстоятельств, именно это и послужило началом конца меликств Арцаха. К величайшему удивлению армян, российские чиновники не только не избавили армян от засилия пришлых тюрко-татарских кочевых ханов, но даже способствовали их усилению, предоставив тем такие права, которыми они никогда не обладали. В частности, в следствии своей безграмотности и недалекости в понимании местных реалий, российское руководство дошло до того, что возвело шушинских ханов - по сути бывших кочевых пастухов, волею судьбы назначенных персидскими шахами наместниками - в генералы и передало в их владение некоторые земли, на которые они никогда не имели никаких прав. Но пределом российской неблагодарности и политической недалекости оказался отказ Российской монархии от фактического признания наследственных княжеских прав арцахских меликов[43]. Разумеется, надо признать, что к такому аморальному решению российских чиновников подстрекали также некоторые грузинские дедибули, претендовавшие на исключительность на Кавказе. В частности достоверно известно, что на готовность Российского императорского двора признать наследственные княжеские титулы арцахских меликов, некто Цицишвили, больше известный как генерал Цицианов, писал угрозы российскому двору о том, что якобы этот шаг может оскорбить достоинство грузинских князей. Так, в своем рапорте от 20 января 1804 года этот Цицианов сетует на представление армянского князья-мелика Джумшуда к высочайшей награде золотой саблей за храбрость, поскольку согласно его ограниченным представлениям о мире "подобное награждение армянского мелика может показаться обидным грузинским князьям, как и всякое сравнение князьей армянских с грузинскими"[44]. Совершенно непонятно каким образом достоинство и преувеличенное самомнение некоторых грузинских князей увязано с признанием российским двором наследственного статуса и законных прав армянских князей-меликов, но к сожалению эти угрозы имели свое действо, и российский императорский двор фактически отказался от идеи включения арцахского меликства в число княжеских родов России[45]. В заключение своей книги "Меликства Хамсы" Раффи задает риторический вопрос: "почему наследники армянских владетельных меликов считались (в России - ВА) родовыми дворянами, а не потомками княжеских родов, в то время как дома пяти меликств Хамсы имели истинно княжеское происхождение?"[46]. Разумеется, свое социальное положение и фактический статус армянское дворянство заслужило и с честью отстояло веками, и от предвзятого и однобокого решения российского двора статус армянских князей никак не зависит, тем более, что он был всецело признан персидским двором, а также европейскими монархиями. Но один этот шаг имел совершенно непоправимые последствия не только для армянского дворянства, но и в целом для интересов России на Кавказе. Ведь с самого начала своего вступления в Закавказье Россия совершала одну роковую политическую ошибку за другой, что в результате неминуемо должно было привести к потере ею всего Закавказья, свидетелями чего мы являемся в наши дни.
Последней каплей в этой недальновидной до слепоты политике России в Закавказье была отмена меликств и переход на губернское правление. Это произошло в середине 19-го века. Меликским родам была выдана некоторая денежная, а иногда и ограниченная земельная, компенсация за переход их земель в имперскую казну. Однако это решение российского государства по сути прервало меликскую традицию в Арцахе. То, чего не удавалось ни монголо-татарским кочевникам, ни турецким ордам, ни персидским шахам, было сделано руками русских. Не ожидая подобных предательских ударов со стороны России и ослабленные ханскими интригами, арцахские меликства оказались совершенно неготовыми к защите своих прав.
Прекратив де-юре свое существование, меликство де-факто оставалось в роли традиционного лидерства Арцаха. Однако в начале 20-го века меликства Арцаха испытали новый удар, на сей раз от большевизма. Режим коммунистов упразднил дворянство как сословие и развернул остервенелый террор против представителей аристократии. Коммунисты, как и любые экстремисты-фанатики, не утруждали себя особо глубоким анализом истории, и им было невдомек, что классовая борьба за освобождение крестьянства от власти помещиков возможно имела место в остальной части полукрепостной России, но не в Арцахе, где, как уже говорилось, крестьяне были свободными и равноправными членами общества. В мясорубку большевизма одинаково попадали и российские дворяне, и армянские князья. Несмотря на эти суровые испытания, преследования, ссылки, расстрелы, в Арцахе, в самой Армении, да и в других частях бывшего СССР оставались потомки меликских родов. Ученые, военные, дипломаты, деятели искусств, крестьяне - они в большинстве своем сохранили семейные традиции и самосознание, и сегодня многие из них привносят свою посильную лепту в становление Арцаха и Армении.


Заключение


В начале этого краткого обзора было сказано, что об истории арцахских меликств написано мало. Пожалуй одним из объяснений может быть то, что в случае Арцаха и арцахских меликств "история" является весьма условным понятием. В Арцахе прошлое настолько гармонично переплетается с настоящим, что многим ученым и писателям наверняка даже не приходило в голову изучать и излагать историю меликств Арцаха и их традиций, поскольку эти традиции, да и потомки самих меликских родов всегда были частью арцахской современности. И даже сегодня потомки меликских родов представлены во всех сферах жизни Нагорно-Карабахской Республики и Армении.
Арцахские меликства были важными звеньями в родословном древе армянского дворянства. Будучи прямыми потомками Арраншахиков, армянского великокняжеского дома Арран, а через него самого Айка Наапеата, арцахские меликства, в свою очередь, послужили аристократическим корнем другим армянским княжеским родам. Так, согласно генеологическим данным, княжеский дом Хасан-Джалалянов был в кровном родстве, а иногда и давал начало другим меликским родам Арцаха. Другим примером является род Мелик-Аванянов, владетелей Дизака, от которого произошли княжеские дома Сумбатян, Меликян и Айрапетян. Тем самым обеспечивалась кровное единство современного армянского дворянства с древнейшими предками-патриархами армянского народа. Многие дворяне и военачальники более позднего периода - в их числе российский генерал князь Валериан Мадатов, французский генерал Мюрат, ближайший соратник Наполеона, армянский генерал Даниэл-бек Пирумян - также имели арцахские корни.
Из этого краткого обзора истории происхождения, традиций и наследия армянских меликств Арцаха со всей очевидностью видно, что армянская дворянская традиция в Арцахе отличалась особой глубиной и непрерывностью. Дворянство Арцаха имеет на этой земле такие же глубокие корни, как и армянский народ. Именно благодаря этой естественной привязанности к земле и традициям предков армянам удалось веками последовательно отстаивать свои исконные наследственные права на этот уголок земли армянской и воплотить свои права в независимую армянскую государственность Арцаха.


Список использованной литературы:

1. Каланкатуаци, Мовсес. "История страны Алуанк". Ереван, Матенадаран, 1984 г.

2. Потто, Василий. "Первые добровольцы Карабаха в эпоху водворения русского владычества (мелик Вани и Акоп-юзбаши Атабековы)". Тифлис, 1902 г. (переизданно: В.А. Потто, Москва, "Интер-Весы", 1993 г.)

3. Раффи. "Меликства Хамсы" (1600-1827 гг.). Ереван, "Наири", 1991 г.

4. Улубабян, Баграт. "Княжество Хачена в X-XVI вв". Ереван, 1975 г.

5. Хоренаци, Мовсес. "История Армении". Ереван, "Айастан", 1990 г.

Ссылки

1 Все это различные названия армянской провинции Арцах, используемые в разное время.
2 От слова melik - князь, наследный правитель княжеств в Армении в период от позднего средневековья вплоть до конца 19-го века. В данном очерке термины "князь" и "мелик" чередуются и используются в одном и том же значении. Соответственно, термины "княжество" и "меликство" также являются равнозначными.
3 Мовсес Каланкатуаци. "История Страны Алуанк". Ереван, Матенадаран, 1984. Глава 4. В данной статье в основном использованы тексты из электронных источников. Поэтому здесь и далее указываются лишь названия первоисточников и соответствующие главы.
4 Царство Алуанк, Агванк или Кавказская Албания в годы своего наибольшего могущества включала кроме собственно Албании (левобережье Куры и южные склоны Большого Кавказа) также и часть армянских провинций Арцаха и Утика (правобережье Куры). Албания всегда была многонациональным государством, население которого состояло из трех основных групп: ираноязычных народов, кавказских народов и армян. Среди первых двух, живших на левом берегу Куры, были потомки современных лезгинов, удинов, татов, талышей, и других коренных народов восточного Закавказья. Правый же берег Куры был населен исключительно армянами. Армяне присутствовал как в правящей элите, так и во всех остальных социальных слоях албанского общества. Наиболее известными царями из династии Арран были Вачаган I, Ваче I, Урнайр, и Вачаган Барепашт (Благочестивый). Все они имели армянские имена и либо были армянами, либо имели значительную часть армянской крови.
5 Хамса" по-арабски означает "пять", а "меликства Хамсы" означают "пять меликств", "пятикняжество".
6 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава II.
7 Б. Улубабян, "Княжество Хачена в X-XVI вв". Ереван, 1975, с. 50-88.
8 Мелик-Аваняны известны также под другой фамилией, как Мелик-Еганяны, по имени одного из видных представителей этого рода - мелика Егана (Аван-хана). Несмотря на различия в фамилии, речь идет об одном и том же княжеском роде.
9 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава I
10 К последней практике иногда прибегали шушинские ханы для того, чтобы ослабить коалицию армянских меликов.
11 По свидетельству Раффи, род исконных владетелей Джраберда, Мелик-Исраелянов, прекратился, а вторые владетели, род Мелик-Алхвердянов, переселился в гавар Нухи. Таким образом, Атабекяны де-факто были признаны меликами населением Джрабердского княжества.
12 Как было сказано выше, Вани Атабекян уже де-факто был павителем Джрабердского меликства и его возведение в меликское достоинство, скорее, носило формальный характер; шушинский хан признал за Вани и родом Атабекянов те права, которыми они и без того уже обладали в Джраберде.
13 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991.
14 От ata и bek (или bag) - дословно "отец князей". Титул атабека был присвоен Иване Закаряну и амирспасалару Садуну Арцруни-Махканабердскому; оба в определенное время выполняли роль царских регентов.
15 Например, по свидетельству Раффи, дизакский мелик Есаи получил от персидского хана право чеканить свою монету. Таким правом в древней Великой Армении обладали не князья, а только цари и бдешхи.
16 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава I.
17 Ibid., Примечание к Главе II.
18 См. В.А. Потто, Тифлис, 1902 г. (переизданно: В.А. Потто, Москва, "Интер-Весы", 1993 г.
19 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава VIII.
20 Ibid., Примечание к Главе XXVII.
21 Ibid., Глава II.
22 Ibid., Глава XI.
23 Ibid., Глава VIII.
24 Ibid., Глава XXVII.
25 В иранской передаче - Гянджа.
26 В переводе с армянского "стольное место", "столица".
27 Слово это имеет неясное происхождение; некоторые исследователи видят в нем протоиндоевропейский корень со смыслом "защита".
28 Другое, возможно, более раннее и исконно армяское название этой крепости было Тариндж.
29 Джраберд также известен как Чараберд или Джермук, однако семантически правильным является именно название Джраберд, переводящееся, как "водная крепость", "крепость на воде".
30 Отчасти этим обстоятельством объясняется наличие у армян в целом, и арцахцев в частности, значительной диаспоры уже к средним векам.
31 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава VIII.
32 Ibid., Глава XXXV.
33 Ibid., Глава IV.
34 Ibid., Глава IV.
35 Согласно другим данным, численность арцахского воинства была меньше. Так, в докладе Государственной Коллегии иностранных дел России от 5 ноября 1724 года говорится: "По разглашении его императорского величества грамоты собралось из той же Карабахской провинции войска армянского до 40 000 человек, из которых 30 000 конницы и 10 000 пехоты. А всего их, армянского народу, военного и прочего, одной Карабахской провинции, которые желают прийти под протекцию его императорского величества, будет со сто тысяч дворов, кроме другой армянской провинции, зовомой Капан". См. "Армяно-русские отношения в первой трети XVIII в.". Том II, Часть II. Ереван, 1967, ст. 204-205.
36 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава X.
37 Ibid., Глава XV.
38 Сотники назывались также "юзбаши" - в переводе с тюркского "глава сотни".
39 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава XLVI.
40 По свидетельствам некоторых историков, в разные времена армянская конница участвовала в военных кампаниях от Италийского полуострова до Средней Азии.
41 См. "Армяно-русские отношения в XVIII веке", Том II, Часть I.
42 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава XIII. География военных кампаний армянских меликских войск действительно обширна. Так, по свидетельству Раффи, в первых годах 19-го века конное войско князя Абова Мелик-Бегларяна, совершало успешные походы через турецкую границу в районе Ахалицха и даже доходило до Эрзерума. Другой историк - русский военный историк Потто - пишет, что в 1812 году князь Вани Атабекян, правитель Джраберда, во главе своих войск принимал участие в Асландузском сражении на стороне русских, а годом спустя вместе с ними штурмом взял Ленкорань. Меликские войска также участвовали в освобождении других районов Армении, в том числе и Еревана.
43 Этот шаг резко контрастирует с куда более дальновидной и взвешанной политикой некоторых персидских правителей. Например, по свидетельству Раффи, персидский Надир шах по отношению к армянским князьям "оказался более благородным, чем христианские монархи" (под последними в первую очередь имеются ввиду российские монархи). Он безоговорочно принял их княжеские права, признал их независимость в их собственных владениях, и даже закрепил особым фирманом-грамототй право Давид-Бека чеканить монету с собственным именем, что было важным атрибутом государственности. Все это никак не сравнится с политикой пустых обещаний и безразличием российских монархов к законным наследственным правам армянских князей-меликов, сделавших многое для водворения российского владычества на Кавказе.
44 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Примечание к Главе XL.
45 Справедливости ради, надо уточнить, что вредительство интересам армянских князей Арцаха никак не связано с национальностью вредителя. Так, деятельность князя Валериана Мадатова, генерала русской армии и армянина по происхождению, также обернулась неприятностями для армянских княжеств Арцаха.

46 Раффи. "Меликства Хамсы". Ереван, Наири, 1991. Глава XLVI.

Мелик Вреж Атабекян
Член Союза Армянских Дворян

ИСТОЧНИК:armenian-nobility.com

Категория: История | Просмотров: 635 | Добавил: ANA | Рейтинг: 5.0/1
Share |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
АРМЯНСКИЙ ХЛЕБ

Календарь
«  Август 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Поиск

АРМ.КЛАВИАТУРА

АРМ.ФИЛЬМЫ ОНЛАЙН

АРМЯНСКАЯ КУХНЯ

Читаем

Скачай книгу

ПРИГЛАШАЮ ПОСЕТИТЬ
Welcome on MerHayrenik.narod.ru: music, video, lyrics with chords, arts, history, literature, news, humor and more!






Архив записей

Copyright MyCorp © 2017 Бесплатный хостинг uCoz